Песчаный замок моего сердца

40 лет назад, в марте 1981 года, умер человек, который любил меня так сильно, как никто другой, это моя мама – Фишбейн Ясна Иосифовна.

Иногда мне кажется, что жизнь человека напоминает замок из песка – пройдет волна и смоет все построенное…

Ее знали и любили, а прошло время, ушли окружавшие люди, и мир изменился, и как будто не было ничего и никого: ни событий, трагедий, эмоций, дел, … ничего. Хочется хоть как-то этому противостоять.

Канвой для рассказа мне послужила ее автобиография. Я решил вставить между формальными строками, соответствующими официальной бумаге, свои воспоминания и мысли.

«Родилась  на Украине Каменец Подольской области село Костинец в 1918 году в семье служащего».

Софья, Иосиф, Ясна Фишбейн. 1935 г.

В семье было трое детей Исаак, Софья и младшая Ясна. Родители Иосиф и Неха Фишбейн жили небогато в маленьком селе. Отец отличался большой набожностью. Можно представить, как поменялся уклад семьи после революции. Молодежь старалась вырваться из местечковой жизни.

Ясна 1931 г.

В 1936 году мама поступила в Первый Ленинградский Медицинский Институт им. академика И.П. Павлова. Студенческая жизнь провинциалки помимо учебы и жизни в общежитии была интересной и насыщенной. Когда я был школьником, к нам в гости приехала студенческая подруга Лия, и они начали рассматривать фотографии своей молодости. Помню свое удивление от обилия маминых поклонников. Она пользовалась успехом у противоположного пола. Вспоминали походы в театры, безумство публики от кумира того времени оперного певца Сергея Яковлевича Лемешева.

Софья, Исаак и Ясна Фишбейн. 28.05.1937 г.

17.09.1938 года в Шепетовке был расстрелян старший брат Исаак, оставивший вдовой жену Фаню с тремя детьми. Думаю, что в то время быть родственницей репрессированного было страшно, хотя таких было много…

«В 1941 г. окончила Ленинградский Медицинский Институт. По окончании института до 25 марта 1942 г. работала в хирургическом отделении гор. больницы г. Ленинграда. Эвакуировалась в Среднюю Азию в виду очень плохого состояния здоровья».

26 июня 1941 года, на 4 день войны, получив квалификацию врача-лечебника, начала работать хирургом. Перенесла тяготы блокады, очень исхудала – весила около 42 кг, в марте была вывезена по ладожской дороге жизни.

В городе Каттакургане (Узбекистан) оказалась эвакуировавшаяся из Могилев-Подольского с Украины семья сестры Софьи, чей муж Ихиль в 1942 ушел на фронт до конца войны.

Мама помогала сестре воспитывать сына, начала работать врачом.  Сестра работала директором нефтебазы. В это время к ним прибился одинокий беженец из Бессарабии 21-летний студент сельхозинститута Боря Гольдшмидт, зарабатывающий на жизнь продажей ворованного керосина.

28 августа 1943 года Ясна вышла за него замуж. Институт, где учился отец, переехал в Харьков в июне 1944 года. Переезд в военное время был не простым делом, свирепствовало воровство. Родители рассказывали, как на какой-то станции при пересадке у них украли чемоданы. Разочарованные воры разбросали по перрону содержимое чемоданов – там были лишь конспекты и книги.

«С ноября 1945 года работаю ординатором хирургического отделения городской больницы г. Оргеева, куда переехала по вызову мужа».

В 1945 году отец был направлен старшим агрономом в Оргеев, в Молдавию, где Ясна Иосифовна начала работать ординатором – хирургом городской больницы. Была увлечена работой, развивалась профессионально.  Однако, пережитая в Ленинграде блокада дала о себе знать, развился порок сердца и много сопутствующих болезней. Пришлось перейти работать в поликлинику хирургом.

Ясна с подругой. 1946 г.

Что значит работать хирургом в поликлинике в маленьком городе? Постоянные клиенты – мясники, бондари, сантехники, жестянщики, портные. Помню знаки благодарности: бочонок для вина, духовка из жести, или походы на базар, где маме продавали дефицитные продукты или товары вне очереди.  Маму любили и пациенты, и работавшие с ней медсестры. Она была внимательна к больным, и они доверяли ей.

Помню встречу в Израиле, где одна знакомая показала на свои сережки и сказала: «Видишь, эти отверстия в ушах сделала твоя мама». Это было как бальзам для меня.

Родители были на разных фамилиях, но мамину знало гораздо больше людей, несмотря на довольно высокий пост, который занимал отец. 

1951 г.

Мое рождение в силу маминых болезней было под большим вопросом, врачи не советовали рисковать, но она очень хотела ребенка. Много занималась мною. И только сейчас, пережив ее на много лет, я понимаю, как не просто ей было отпускать меня после школы на учебу в  институт в Самару (Россия).

Близких друзей было немного – в основном коллеги врачи Борис Львович Даскал, уникальный хирург, Эдда Наумовна Каранян, Дора Наумовна Гольденберг.

Мама очень любила семьи сестры и покойного брата, и они отвечали ей тем же.

Последние годы мы жили вместе в Кишиневе, она не работала, занималась тем, на что не хватало времени раньше – кулинарией. Несмотря на внешнюю хрупкость, была очень мужественным человеком, стойко переносила болезни.

В этом году ее старшей внучке исполняется 36. Внучку зовут Ясна. Все, что смог.

Ефим Гольдшмидт